О путешествиях по Боливии.

Сверху молот снизу серп…

В экспедиции по Боливии в ноябре 2016 года нас сопровождал местный житель из
Ла Паса — Эмануэль.

Как это обычно бывает, не все обитатели европейских равнин одинаково хорошо переносят боливийские высокогорья. Пробираясь на автобусе через, традиционно бастующие пригороды Ла Паса, я пытался успокоить и приободрить страдающих от горной болезни соотечественников. Успокаивал я их тем, что если бы мы прилетели в Ла Пас на самолёте, то было бы еще хуже, чем постепенно набирать высоту. Так ли или иначе, но оказаться на высоте 3500 м — не простое испытание. Решив поучаствовать в разговоре, наш проводник — Эмануэль припомнил о визите римского папы Франциско Бергольо летом 2015 года. Папа планировал провести в Ла Пасе 4 дня, но ограничился лишь 4 часами. Сойдя с самолёта в Ла Пасе, он сразу почувствовал себя плохо, по дороге в пригород Ла Паса – Альто, ему стало совсем худо, и визит был поспешно прерван и перенесён в город Санта Круз, который расположен значительно ниже на высоте 420 м над уровнем моря. Этот город, основанный конкистадорами, имеет стародавние связи с орденом иезуитов. А папа Франсиско как раз знаменит тем, что это первый иезуит, ставший римским папой.

Эмануэль, с удовольствием пустился в рассуждения на эту тему и его рассказ о визите папы Бергольо в Боливию мне показался очень занятным. По прибытии в Боливию Бергольо был встречен президентом Эво Моралесом, который неоднократно публично заявлял, что является верующим католиком. Президент преподнёс папе копию необычного распятья изготовленного борцом за права трудящихся Боливии падре Луисом Эспиналем, который был тоже членом Ордена Иезуитов. Падре Эспиналь был арестован и замучен во времена военной диктатуры в 1980 году за пропаганду социалистических идей. Эво Моралес вполне логично полагал, что это отличный сувенир из Боливии, как послание одного выдающегося иезуита другому. Однако папа Бергольо, видимо под воздействием горной болезни не понял о чем речь и высказался весьма критично по поводу столь смелого дизайна.

Прессе, да и самому папе потом стоило немалых усилий замять этот конфуз.

Копокобана.

На протяжении нескольких лет я пытался выяснить, почему знаменитый пляж в Рио-де-Жанейро и боливийский городок на озере Титикака одинаково называются Копокобана. Что в честь чего названо. Слышал множество небылиц и легенд. Наш боливийский проводник – Эмануэль, сказал, что это в переводе с языка индейцев аймара «вид на озеро». Как обычно, это нисколько не проясняло причем тут пляж в Рио-де-Жанейро.

Однако стоило нам подняться на холм Эль Кальварио, и всё стало на свои места.

Вид с вершины холма на озеро, действительно похож на вид с Сахарной головы на залив Гуанабара в зеркальном отражении.

Велосипедная прогулка.

Одно из туристических развлечений в Ла Пасе – спуск с горы на велосипеде. Начинается это мероприятие с высоты 4700 м, где свежо, прохладно и местами лежит снег. А заканчивается в тропических лесах, где порхают колибри и кричат попугаи на высоте 1200 м. Удовольствие от проезда на велосипеде сквозь столь различные климатические зоны и пояса горной растительности дополняется потрясающей красоты видами.

Всякий раз, бывая в Боливии, я включаю этот аттракцион в программу посещения страны, несмотря на неблагозвучное название этой трассы «Дорога смерти».

На этот раз спуск по велодороге не обошёлся без приключений. Маршрут проходит через несколько деревень, расположенных у самой дороги. За пару дней до нашего визита муниципальные власти решили что «парковый сбор», который собирают жители деревни Чуспипата на свои нужды, должен собираться представителями муниципалитета централизовано, а уж потом распределятся поровну или по честному между 13 поселениями муниципалитета. Потому как жители поселений в стороне от дороги тоже нуждаются в деньгах и им обидно, что все блага достаются лишь чуспипатцам.

Не сознательные жители Чуспипаты немедленно заявили, что «плевать хотели» на такие решения и перегородили трассу баррикадой. Учитывая, что кроме туристов на велосипедах и машин турагентств этой дорогой никто не пользуется, данная проблема создала трудности лишь местным туроператорам и туристам.

Подъехав к баррикаде, мы оказались в группе из десятка микроавтобусов, которые привезли около сотни человек для проезда по велодороге. У нас на глазах, какой то гид разъяснил паре европейцев, что сегодня ничего не получиться с этой дорогой и они едут по другой живописной дороге. Нас такой вариант не устраивал, и мы безапелляционно объявили представителю сопровождающему нас от туроператора, что с ними ли или без, по хорошему или по плохому но мы поедем этой дорогой. Надо отдать должное, что наши туроператоры сразу прониклись серьезностью момента, и отправились на переговоры на баррикаду. Удивительно, что другие туроператоры вели себя крайне пассивно и обсуждали, как бы ловчее развернуться на узкой дороге, чтобы уехать восвояси.

Переговоры на баррикадах затянулись, а мы тем временем строили планы прохода. Один из постоянных участников наших экспедиций – Настоящий полковник, вооружившись фотоаппаратом и располагающе широко улыбаясь тем временем, отправился осматривать мятежную деревню. За время получасового ожидания, на передовой сформировался отряд из мужчин, которые принесли из машин шлемы и перчатки, решив, что это скоро понадобится. У линии соприкосновения трое молодых израильтян закипятили на походной плитке воду, заварили зеленый чай и всех угостили. В ходе дружеской беседы они сказали, что все трое служили в армии и если мы идем на прорыв, то они с нами. Тем временем, вернулся из разведки Полковник, как всегда спокойный и серьёзный, хотя и воодушевленный увиденным. Он сообщил, что народу в деревне не много, огнестрельного оружия он не видел, и слышимые за баррикадой хлопки это петарды, а не выстрелы. После он предложил мне попросить у шофера слить полтора литра бензина, с которым он готов, под видом туриста проникнуть за баррикаду и поджечь дом и пару сараев на дальнем конце деревни. Когда начнётся паника, мы должны оперативно пройти на баррикаду связать мужчин и разобрать дорогу. План был единогласно одобрен, но решили дождаться возвращения с переговоров туроператоров.
Братья евреи поняли из нашего разговора, что мы решили штурмовать, но не поняли всех деталей плана. Они энергично подозвали меня и попросили достать бутылку крепкого алкоголя, чтоб пройти с ним за баррикаду и поджечь какой-нибудь дом и машину кого-то из деревенских, и когда начнётся паника мы должны начать штурм. Подивившись, и порадовавшись сходству тактики наших планов мы ждали возвращения наших переговорщиков.
Они вернулись весьма озабоченные и сообщили, что долгие переговоры зашли в тупик, и плохо то что некоторые машины все таки развернулись и уехали. По поручению нашей группы, я попросил их сходить ещё раз и сообщить мятежникам, что у них последний шанс пропустить нас по хорошему, иначе мы всё равно пройдем, а численное преимущество на нашей стороне. Кроме того, мы все иностранцы и через 2 дня нас не будет в их стране, и возможно о происшествии в этой боливийской глубинке властям станет известно уже после нашего отъезда.
Такой поворот событий, к моему удивлению, очень обрадовал туроператоров, и вскоре местные жители расчистили нам проход для велосипедов, а машины сопровождения поехали в объезд, чтоб встречать нас внизу.

Спуск нашей интернациональной команды прошел без эксцессов и закончился продолжительным застольем в уютном ресторане с бассейном.
Тем кого не пугают путешествия по высокогорьям советую открыть для себя , эту удивительно красивую и загадочную страну.

Большой облет: Водопад Анхель, Рорайма, Гран Саванна

Облет водопада Анхель — опция может и не самая популярная, но хорошо известная. Однако мало кто, а может и вообще никто и никогда, совмещает ее с облетом тепуя Рорайма. Берусь это утверждать, потому какой ажиотаж вызвал этот запрос у тур операторов при недавнем посещении Канаймы. Одни честно признались — «мы такого никогда не делали». Облет только водопада Анхель — пожалуйста. Рейс из Канаймы прямяком в Санта Елену — ради бога. Облет Рораймы из Санта Елены, тоже делают. Вот, чтобы все разом и с возвращением в Канайму — это кажется было в первый раз. Да простят мне такое длинное вступление, но гордость первопроходца распирает 🙂
туризм в венесуэле
Теперь по делу. Стоимость. Вопрос довольно тонкий, и опять же во многом связан с новизной этой опции. Я логично предположил (как вскоре выяснилось вовсе нелогично), что дешевле всего будет сторговаться с летчиками в аэропорту. Однако диспетчер, принимающий заказы на облет, надув усатую морду, объявил ценник в 2500$. Конечно, кроме угрюмого смеха такое предложение ничего не вызвало. Пошел по тур операторам. В Waku лодже, где и стояла наша небольшая команда, сходу объявили ценник в два раза ниже — 1250$. На всякий случай, заглянул в недавно открывшийся отель Ara Meru. Они сначала объявили 1300$, но спустя пару часов прислали человека с известием о скидке до 1100$.
венесуэла канайма водопад анхель
А в итоге согласились лететь за 1000$. Учитывая, что облет делается на 5-ти местной Cessna, по 200$ с носа цена вполне приемлемая за такую услугу. Надеюсь, что слух о нашем облете прошел среди обитателей и тружеников Канаймы, и летчики в аэропорту поумнели и уже не будут выступать с идиотскими предложениями в две пятьсот.
венесуэла канайма водопад анхель
Качество самого облета зависит от двух факторов: первый — погодные условия, второй — добросовестность и кураж летчика. Со вторым нам безусловно повезло. Летчик с говорящим именем Анхель, закладывал крутые виражи, несся низко над водой, и как муха кружил вокруг самого водопада. Стандартный облет предполагает четыре пролета мимо водопада. Два одним бортом, два другим, чтобы с каждой стороны пассажиры могли вдоволь нафотографировать низвергающийся поток самого высокого водопада в мире. Наш летчик не поскупился и пролетал по всякому, не знаю сколько раз.
венесуэла канайма водопад анхель
Что касается погоды, видимость водопада летчики предсказать могут. А вот насчет Рораймы никто гарантий не даст. Слишком уж непредсказуемый климат в Гран Саванне. С Рораймой не могу сказать, что нам очень уж повезло. Было достаточно облачно. Однако сам тепуй видели, над поверхностью пролетели. В целом грех жаловаться.
венесуэла канайма водопад анхель
Маршрут облета предполагает обязательную посадку в Санта Елене для дозаправки. Для беспосадочного полета на такое расстояние у Сессны маловат объем бака. К тому же самолет летит не напрямую, а совершает небольшую воздушную экскурсию по Гран Саване. Это опять же зависит от добросовестности пилота. При полете «туда» мы летели через восточную часть Саванны и покружили немного над группой тепуев под общим названием Chimanta.
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Возвращаясь, летчик пошел не прямо на Северо-Запад к Ауян тепую, а достаточно долго летел на Север, аж до самой реки Камойран, затем плавно повернул на Запад и, пролетев над местечком под названием Luepa (фактически граница Гран Саванны), направился в сторону Канаймы, бонусом дав еще несколько виражей вокруг водопада Анхель.
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Такой маршрут дает возможность осмотреть фактически всю Гран Саванну с высоты птичьего полета. Кроме труднодоступных по земле каньонов и водопадов интересно посмотреть и на заимки старателей, активно моющих золото и алмазы, в этом уникальном регионе страны.
венесуэла канайма гран саванна
Хоть время от времени и приходилось попадать в облачность, но впечатления от Саванны остается достаточно полным. Да и в облачности можно найти плюсы.
Мне, например, посчастливилось первый раз в жизни увидеть радугу в форме замкнутого круга. Увы, целиком в объектив она не влезла.
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Что касается пребывания в аэропорту Санта Елены, нужно держать в уме пару моментов. Во-первых, лучше взять с собой паспорт. По прилете пассажиров встречает гвардеец и вносит имена в бланк. Конечно, если паспорта нет — ничего страшного, запишет и со слов, но чем меньше вопросов, тем лучше. Второй момент, если есть желание попить кофе в буфете аэропорта, через зал прилета лучше не проходить. Аэропорт можно легко обойти сбоку и войти через центральный вход.
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Также лучше и вернуться к самолету, дабы избежать столкновения с теткой, собирающей аэропортовую дань. Сумма там хоть и пустяковая — 1500 Bsf, но с какого хрена? А цепляется она не на шутку. Мы просто махнули на нее рукой и пошли фотографировать стоящие на площадке «кукурузники» АН-2 — гордость отечественного самолетостроения.
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Также нужно понимать, что дозаправка в аэропорту может занять чуть больше времени, чем подсказывает здравый смысл. Честно говоря, поскольку в Санта Елене мне приходилось бывать не единожды, этот вопрос меня несколько беспокоил с самого начала. Двухдневные очереди на автозаправку там обычное дело. Утешало только то, что нам все-таки не машину заправлять, да и авиационное топливо вряд ли является объектом активной контрабанды в Бразилию.
венесуэла канайма гран саванна
Тем не менее, когда наш самолет подогнали к заправочной станции, заправщик сел в грузовик-цестерну и куда-то уехал. На все мои вопросы служащие аэропорта отвечали только — «Ща, ща, скоро вернется». Как потом выяснилось, ездил заправщик не за топливом, а наоборот — за детьми в школу, но поскольку ключ от колонки есть только у него, пришлось нам потоптаться лишних минут сорок под пальмовым навесом «международного» аэропорта. Всё очень по-венесуэльски 🙂
венесуэла рорайма канайма гран саванна
Говоря в целом, такой облет, конечно, не дешев, но пожалуй, стоит тех денег, которые за него просят. А говоря просто, полет — охренительный. Впечатления остаются и не тускнеют очень долго. Конечно, во многом это фактор самого полета на малом судне, на малой высоте, местами так вообще «на бреющем полете». Хоть я и убежден, что Гран Савану смотреть нужно с земли, а на Рорайму подниматься не на тяге в 160 л.с., заложенных в моторе Сессны 172, а на своих двоих, такой облет категорически рекомендую.

Майкл Росс: как избавиться от «нефтяного проклятия»?

» В России с 2010 года доступ к информации о нефтяных доходах закрыт. Таким путем не избавиться от проклятия » Почему для некоторых стран, например, для России нефть – это проклятие, а для других, как США, наоборот, благословение? Как Америка способствует тому, что многие страны не могут избавиться от «нефтяного проклятия»? «Нефтяное проклятие: как нефтяные богатства влияют на развитие наций» – так называется вышедшая в этом году книга политолога из Калифорнийского университета в Лос-Анжелесе (UCLA) Майкла Росса, в которой он пытается дать ответы на эти и многие другие вопросы. С Майклом Россом побеседовала корреспондент Русской службы Би-би-си Илона Виноградова. Би-би-си: Ученые, исследовавшие этот вопрос до вас, основной экономической проблемой «нефтяного проклятия» называли «голландскую болезнь». Чем ваш подход к этой проблеме в принципе отличается от того, что было написано раньше? Майкл Росс: На мой взгляд, «голландская болезнь», то есть когда в результате бума в отдельном секторе экономики, как правило, связанном с эксплуатацией природных ресурсов, перестают развиваться другие отрасли, потому что импортировать становится дешевле, чем производить что-либо у себя в стране — это лишь малая часть проблемы. Скорее даже политическая, нежели экономическая. И дело тут не в глупости или неопытности политиков, которые не знали, как распорядиться нахлынувшими нефтяными долларами. Основная проблема, которая приводит к «нефтяному проклятию», — это политическая система страны. Если в стране нет демократического правительства, нет системы сдержек и противовесов, то приток в казну больших денег, делает это правительство еще менее подотчетным. Правда, за последние 30 лет многие страны демократизировались. » В таких странах, как Россия, Азербайджан, Венесуэла политические лидеры часто используют нефтяные деньги в качестве личного фонда » Исключение, в основном, составляют страны, где много нефти: они, в большинстве своем, остались авторитарными. Как правило, в этих странах нефтяная промышленность была национализирована. Многие думали, что это решит проблему. На самом деле национализация создала почву для появления еще большего количества трудностей. Би-би-си: Почему страны с национализированной нефтяной индустрией подвержены «проклятию», о котором вы пишете, в еще большей степени? М.Р.: Потому что правительства в таких странах – от Венесуэлы до России и Азербайджана – по большому счету не подотчётны своим гражданам. В таких странах часто бывает, что политические лидеры используют нефтяные деньги в качестве своего рода личного фонда. Деньги из этого фонда идут на то, чтобы заручиться поддержкой силового аппарата государства — полиции, военных – на которых держится власть авторитарного правителя. В России, например, в 2010 году бывший тогда премьер-министром Владимир Путин подписал указ, согласно которому любая информация об активах, доходах и расходах, связанных с нефтью и газом, оказалась закрытой. И по сей день общественного доступа к этой информации нет. Би-би-си: А есть еще какие-то особенности «нефтяного проклятия», характерные именно для России? » Даже войну в Чечне многие связывают с тем, что там есть нефть и газ. Мое исследование подтверждает эту версию… » М.Р.: Приток нефтяных и газовых денег, начиная с 2000 года, помог российским властям улучшить состояние экономики страны. Огромный дефицит бюджета сменился профицитом, укрепился курс рубля, что в свою очередь позволило упростить налоговую систему и укрепить бюджет. То есть были положительные моменты, но чем больше правительство получало нефтяных денег, тем менее прозрачным оно становилось. Самым тревожным шагом в этом направлении стал, как я уже говорил, указ Путина, который попросту закрыл доступ к информации. Если граждане страны не знают, какие доходы получает государство от нефти и как оно их тратит, люди не могут судить, насколько эффективно были потрачены эти средства. Би-би-си: Какие еще негативные политические последствия наблюдаются в странах, чья экономика зависит от природных ресурсов? М.Р.: В таких странах чаще идут гражданские войны. Нигерия, Судан, Чад, Индонезия, Колумбия – все эти страны богаты нефтью. И в каждой из них за последние 20-30 лет прошла или до сих пор идет гражданская война. Даже войну в Чечне многие связывают с тем, что там есть нефть и газ. Мое исследование подтверждает эту версию, но, конечно, мы, ученые, никогда до конца не можем быть уверены в правоте таких выводов. Би-би-си: Получается, что «нефтяное проклятие» – это, прежде всего, признак недемократического государства? Все сводится именно к неэффективному управлению? М.Р.: Собранные мною и другими исследователями данные показывают, что нефть становится проблемой именно в странах с неразвитой или отсутствующей демократией. Даже в странах с относительно демократическим правлением таких, как Колумбия и Венесуэла, возникают те же проблемы, что и в более авторитарных государствах. В Колумбии гражданский конфликт частично спонсируется нефтяными деньгами, то же самое происходит в Нигерии. В Венесуэле за последние 12 лет, как только цены на нефть повысились, правительство стало все менее подотчетным, нефтяные доходы в этой стране тоже теперь покрыты завесой тайны. И все это несмотря на то, что где-то до 1998 года Венесуэла была примером того, как страна может развиваться и эффективно использовать нефтяные доходы. » Штат Луизиана, где в 1920-30-ые годы было обнаружено много нефти, стал самым коррумпированным в истории США. » Би-би-си: США, наряду с Норвегией и в какой-то степени с Бразилией и Мексикой, стали завидным исключением. Здесь нефть не является проклятием. Помимо демократической системы управления, в чем секрет? М.Р.: Энергетическая политика США в каком-то смысле уникальна. Это единственная крупная страна, в которой федеральное правительство не владеет большей частью природных ресурсов, добываемых из-под земли. Контроль находится в руках частных компаний и правительств отдельных штатов. Но и у этого подхода есть свои недостатки. Децентрализация ведет к отсутствию четкой национальной энергетической политики. Другой недостаток – это то, что некоторые штаты – Техас, Аляска, Северная Дакота – сильно зависят от нефтяной и газовой индустрии. Есть и политические последствия такого децентрализованного подхода. Штат Луизиана, где в 1920-30-е годы было обнаружено много нефти, стал самым коррумпированным в истории США. К власти в те годы пришла династия местных царьков, которая долгие годы заправляла штатом. Би-би-си: В вашей книге вы пишете, что США в каком-то смысле способствуют тому, что многие страны не могут избавиться от нефтяного проклятия. Каким образом? М.Р.: США – самый крупный импортер нефти в мире. Такие страны, как Габон, Экваториальная Гвинея и Саудовская Аравия живут, в основном, за счет экспорта своей нефти, прежде всего, в США. То есть косвенно, импортируя огромное количество нефти из этих и других стран, Америка поддерживает их авторитарные режимы и спонсирует гражданские войны, разгорающиеся из-за дележа ресурсов. » Ключ к решению этой проблемы – максимальная прозрачность государства и уменьшение объемов нефтяных доходов » Я надеюсь, что сейчас, когда США движутся в направлении все большей энергетической независимости, импорт нефти снизится и соответственно уменьшится негативный вклад США в поддержание недемократических режимов. Би-би-си: Как же превратить «проклятие» в «благословение» – исключительно сменой режима? М.Р.: Конечно, нет одного решения проблемы, которое подходило бы всем странам. В каждой стране должен быть найден свой подход, основанный на ее особенностях и опыте. Но общая проблема для всех стран, на которых лежит это «проклятие» – это неэффективное управление. Ключ к решению этой проблемы – максимальная прозрачность государства и уменьшение объемов нефтяных доходов – так, чтобы государство могло управлять ими. Би-би-си: А переход на альтернативную энергетику может как-то поспособствовать решению проблемы? М.Р.: Политически это может быть очень правильным решением. Альтернативная энергетика как с технологической, так и с экономической точки зрения, — более управляемое производство. К тому же, цены на эти виды энергии не скачут так, как цены на нефть, что делает экономику в целом более стабильной. Соответственно, этот вид производства энергии не располагает к коррупции и не ведет к агрессивному дележу, из-за которого вспыхивают гражданские войны.